Шурик присел на скамейку в парке. Рядом остановилась пожилая пара, потом подошла девушка с книгой. Он начал говорить, не глядя ни на кого конкретно. Слова лились сами собой — о студенческих годах, о комсомольских собраниях, которые вдруг стали интересными. А потом — о ней. Нина. Говорил он тихо, но очень чётко. Про то, как она смеялась, поправляя прядь волос. Как могла спорить о физике, а через минуту цитировать Есенина. Как пахли её духи — не сладкие, а свежие, как дождь после жары. Прохожие замедляли шаг. Кто-то садился рядом, кто-то просто стоял и слушал. Он не просил внимания. Просто делился тем, что годами носил в себе. Историей не про страсть, а про свет. Про человека, который однажды вошёл в твою жизнь и навсегда изменил в ней угол падения солнечных лучей.
